?

Log in

No account? Create an account

Блог Игнатия Журавлева

Психология, философия, филология

Погода в моей стране
i_v_zhuravlyov

Те же кадры, но в лучшем качестве и с заменой звуковой дорожки:

И, наконец, оригинальная запись песни "Manchester et Liverpool"  в исполнении Мари Лафоре:



Записи речи пациентов психиатрической клиники
i_v_zhuravlyov
Записи речи пациентов психиатрической клиники, выпущенные в 1962 году в качестве приложения к Большой медицинской энциклопедии. Размещаю их здесь как учебный материал для моих студентов.

Шизофазия (разорванная речь больного шизофренией)


Синдром деперсонализации-дереализации у больного шизофренией


Маниакальное состояние (1)


Маниакальное состояние (2)


Навязчивости

Из старых стихов
i_v_zhuravlyov


СОНЕТ С ШИПЯЩИМИ

...а время пролетело незаметно.
Теперь и ты заходишь в этот замок,
где спит прислуга, двор и кони спят.
И ты идешь по длинным коридорам
и все еще не хочешь осознать,
что здесь никто иглой не ранил палец,
и что никто сегодня не проснется.
Твои шаги пока еще слышны,
и за тобою тянется пространство,
и тень еще тебя сопровождает,
но замок спит. И некому тянуться
к огню, горящему в камине. Только стены,
как будто все-таки прошла та сотня лет,
дивятся появленью принца.

10 февраля 1993 г.

Из стихов Иосифа Бродского
i_v_zhuravlyov
Заморозки на почве и облысенье леса,
небо серого цвета кровельного железа.
Выходя во двор нечетного октября,
ежась, число округляешь до "ох ты бля".

Ты не птица, чтоб улететь отсюда;
потому что как в поисках милой всю-то
ты проехал вселенную, дальше вроде
нет страницы податься в живой природе...

Ф.Т. Михайлов, Гегель и современные психологи
i_v_zhuravlyov
Сегодня читал своим студентам-психологам Гегеля. Фрагмент из "Феноменологии духа". Вслух. Громко. С расстановкой. Зачем?! - Пытался показать им, что бывают тексты, неимоверно более сложные, чем учебник психологии. Показать, что бывает "уровень обобщения", недоступный не только бабе маше с ксенией собчак, не только гордонам с канделаки, но и профессорам психологии. И вспомнил - уже потом - замечательного человека.

Феликса Трофимовича Михайлова я знал всего лишь несколько лет - с 2000 года, когда стал ходить на его лекции по философии и культурологии для аспирантов РГМУ. Но успел узнать его хорошо и даже оказаться "завербованным" в его ученики. Это произошло в 2003 году: я тогда защищал диссертацию и попросил Михайлова об отзыве. Принес бутылку, как принято, и сам напомнил Феликсу Трофимовичу слова, которые сказал ему однажды Мамардашвили: "Нельзя пить водку, как воду из-под крана". Михайлов подписал (как принято) составленный мною же отзыв, добавив в него всего одну (но какую!) фразу: "Важным для меня представляется отказ автора от логики, определяемой контроверзой "субъект-объект". Логика автора позволяет ему остро поставить проблему Я, как проблему "свое-другое", в единственно верной для современной психологии и патопсихологии парадигме тождества интер- и интрасубъективности". После этого я видел Феликса Трофимовича еще один или два раза, случайно сталкиваясь с ним у факультета психологии МГУ. В 2006 году его не стало...
Но вернемся к Гегелю. Помню, Феликс Трофимович как-то посетовал, что психологи часто не осознают значения "Феноменологии духа" для изучения развития психики. Сей печальный факт Михайлов подтвердил, как всегда артистично, следующим образом. "Я спросил, - рассказал он, - одного уважаемого профессора психологии, не читал ли он случайно "Феноменологию духа". Этот психолог удивленно посмотрел на меня и ответил: "Не-е-ет!". Это самое "нет" Михайлов воспроизвел весьма смачно, сконструировав на своем лице особое нагловато-туповатое выражение, которое действительно иногда можно увидеть на лицах психологов, не читавших Гегеля. Вот так...

Психотерапия для президента
i_v_zhuravlyov

Преамбула: Загорелое президентское тело и загадочная президентская душа

Президент Российской Федерации спустил ноги с кровати, надел тапочки и, позевывая, отправился в ванную комнату. Перед большим зеркалом он привычно выпрямил спину, сделал президентское лицо и слегка привстал на цыпочки. Загорелое президентское тело, облаченное в семейные трусы-боксеры, казалось в зеркале очень большим и в то же время необыкновенно маленьким. Облившись холодной водой и почистив зубы, президент вытерся махровым полотенцем, накинул халат и прямиком направился в столовую, где его ожидали горячие гренки, стакан молока и утренняя сводка новостей. На экране президентского ноутбука в привычном темпе замелькали страницы новостных агентств, заголовки, фотографии и видеоролики. Внезапно что-то заставило президента вернуться на страницу, которую он было уже закрыл. Сначала президент увидел глаза. На фотографии был изображен человек со странным пронзительным взглядом — завораживающим, приковывающим, волнующим. Через несколько мгновений президент прочитал, наконец, заголовок: «Анатолий Кашпировский обратился к Дмитрию Медведеву с просьбой защитить его от “православного террора”».

Преодолев секундное замешательство, президент твердо сказал себе, что не имеет права тратить президентское время на просмотр прилагавшегося видеоролика. Не футбол ведь, в самом деле, да и церковь явно затронута, а к жалобам на нее лучше не прислушиваться. Пусть уж, в крайнем случае, министры да советники сначала разберутся…

Стояла теплая июльская погода. Насвистывая привязавшуюся почему-то с утра песню Высоцкого «Пожары над страной, все выше, жарче, веселей», президент Российской Федерации приступил к исполнению своих ежедневных президентских обязанностей…

Читать дальше...Свернуть )

 


День рождения Гегеля
i_v_zhuravlyov
"Движение, направленное к тому, чтобы раскрылась форма знания духа о себе, есть работа, которую он осуществляет как действительную историю." - Г.В.Ф. Гегель


Вчера, 27 августа, был день рождения философа.
(Спасибо maa13 за потрясающий видеоролик).

А.М. Кашпировский и русская православная церковь в коммуникативном коллапсе
i_v_zhuravlyov

Рассмотрим короткий диалог между воображаемыми собеседниками А и Б.

А.: Я хочу рассказать Вам правду.

Б.: Вы не можете сказать правду, потому что Вы лжец.

А.: Я готов привести факты, доказывающие, что это не так.

Б.: Факты, которые приводит лжец, не заслуживают доверия.

Это —  учебный пример парадоксальной коммуникативной ситуации: коммуникативная установка собеседника Б препятствует реализации коммуникативных намерений собеседника А. Ситуацию можно назвать парадоксальной потому, что условия ее формирования являются также условиями ее коллапса.

Проиллюстрируем описанную ситуацию на примере реального диалога. Это — расшифрованные мною фрагменты записи беседы А.М. Кашпировского с наместником Киево-Печерской Лавры архиепископом Павлом, состоявшейся в 2003 году.

 

Читать дальше...Свернуть )

Стихи во сне
i_v_zhuravlyov

 

Я проспал твою книгу о Боге.

Я листал темноту в тишине.

Я промок твои бледные ноги.

Я прожил твой вопрос обо мне.

 

Я забыл тебя тешить и злиться.

Я устал твою нежную грудь.

Я продрог твои разные лица.

Я забуду тебя как-нибудь.

 

1 августа 2010 г.

Метки:

Из стихов Виктора Гюго
i_v_zhuravlyov

Едва займется день, я утренней зарею

К тебе направлю путь. Ты, знаю, ждешь меня…

Пойду через холмы, пойду лесной тропою,

В разлуке горестной мне не прожить и дня.

 

Безмолвно побреду к тебе дорогой дальней,

Не слыша ничего, не видя ничего,

Один, чужой для всех, задумчивый, печальный, —

И станет ночью день для взора моего.

 

Ни разу не взгляну на запад золотистый,

На паруса вдали, на пенистый прибой…

И, наконец, дойду. И ветви остролиста

И вереск положу на холм могильный твой.

 

(Виктор Гюго. 1847. Перевод А. Корсуна)


Памяти отца
i_v_zhuravlyov

12 февраля 2010 года ушел из жизни выдающийся русский ученый-славист Владимир Константинович Журавлев.

Это был очень добрый и светлый человек, перенесший тяжелые удары судьбы и успевший сделать колоссально много.

Он родился в Москве в 1922 году — в то ужасное время, когда миллионы людей в нашей стране умирали от голода. Был слабым ребенком, в классе был ниже всех ростом. Переболел туберкулезом. И — окончил школу с золотой медалью. На контрольных работах писал сначала чужой вариант, отдавал друзьям, потом писал свой и первым клал работу на стол… Каждый учитель думал, что Володя Журавлев выберет именно его науку и прославит его имя.

В 1940 году, несмотря на тяжелую близорукость, был призван в армию, служил в Забайкалье, получил специальность радиста. Прошел всю войну, участвовал в обороне Москвы, Тулы, Сталинграда, в сражении на Курско-Орловской дуге и боях за освобождение Белграда, Будапешта и Вены. После демобилизации в 1947 году поступил на филологический факультет Московского университета. В 1956 году защитил кандидатскую, в 1965 году — докторскую (это была первая докторская диссертация во всем послевоенном выпуске). Знал все славянские и ряд европейских языков. Сформулировал теорию, позволившую решить сложнейшую задачу науки — реконструировать историю фонологической системы праславянского языка. Был ведущим в мире специалистом по диахронической фонологии и диахронической морфологии славянских языков. Участвовал во многих международных научных конференциях и объединениях. В разное время был членом международных комиссий по фонологии, славянской социолингвистике, истории народов Центральной и Восточной Европы, а также членом экспертного совета по дополнительному образованию при Министерстве образования РФ, научных советов по русскому языку и развитию образования в России при РАН.

Пережил непонимание и травлю, переезды из города в город. Главный труд его жизни — монография «Генезис группового сингармонизма в праславянском языке» — так и не был опубликован, несмотря на неоднократное включение его в план издательств.

В последние годы Владимир Константинович много сил отдавал восстановлению традиций духовно-религиозного образования, в сотрудничестве с Московским патриархатом основал Общество ревнителей церковнославянского языка, преподавал церковнославянский язык и спецкурс «Мы — славяне» в Лицее духовной культуры во имя прп. Серафима Саровского, возглавлял секцию на международных Рождественских образовательных чтениях.

Он написал огромное количество работ; из них опубликовано около пятисот — на русском, украинском, белорусском, английском, немецком, французском… и даже японском языке. Остались папки с рукописями, заметки для статей и книг, материалы к лекциям на ФПК… Осталась его любовь, его голос, его слова благодарности и пожелание любви и согласия близким.

 * * *

Владимир Константинович Журавлев (3 июля 1922 — 12 февраля 2010) — доктор филологических наук, профессор общего и славянского языкознания, член-корреспондент Международной Славянской академии, иностранный член Болгарского филологического общества, ведущий научный сотрудник Института языкознания РАН, ветеран войны и труда, обладатель четырех правительственных наград, кавалер ордена св. Даниила Московского, врученного ему Святейшим патриархом Алексием Вторым. Автор книг «Григорий Андреевич Ильинский» (1962), «Внешние и внутренние факторы языковой эволюции» (1982), «Диахроническая фонология» (1986), «Диахроническая морфология» (1991), «Язык — языкознание — языковеды» (1991), «Русский язык и русский характер» (2002), «Рассказы о русской святости» (2004), «Очерки по славянской компаративистике» (2005), «Теория группофонем: Развитие группового сингармонизма в праславянском языке» (2007).




Вечная память.


Прощание с Майклом Джексоном
i_v_zhuravlyov

Майкл Джексон умер. Вдруг выяснилось, что для миллионов людей по всему миру это был чуть ли не самый близкий человек. Его смерть не оставила равнодушными даже тех, кто никогда не был его поклонником, тех, кто практически не знал его песен. Многие искренне рассказали о своих переживаниях в интернет-блогах. Но, как и всегда, нашлись и те, кто только и ловит момент, чтобы противопоставить свое мнение «мнению толпы». Вы, мол, серая масса, что вам в голову вбили, то вы и любите, а вкуса своего у вас нет, и т.д. Среди подобных вокализаций, на фоне визгливого «Педофил!» и «Извращенец!», мне встретились и очень забавные.

Вот характерный пример: «Это инфернальное безумное действо с трупом человека без мозга, выставленным на сцене и шоу-концертом знаменует по-моему только одну вещь - неминуемый и близкий пиздец всей вот этой современной "культуре". Я как не пытался внять музыке Майкла Джексона, мне эти всхлипывания, сопровождаемые хватаниями за промежность ничего, кроме омерзения не вызывали. По-моему, как и всякого другого человека, даже не то что с боле-менее развитым вкусом, но и просто физически и психически здорового».

Что можно на это ответить? Очевидно, рефлексия собственных стратегий самопозиционирования высказывающим подобные мнения людям вряд ли доступна. Дело ведь не в «более-менее развитом вкусе», а в тех неявных принципах, которые заставляют человека заявлять, что его вкус «вкуснее» вашего…

 

* * *

Я никогда поклонником Майкла Джексона не был. И подробностями его жизни не интересовался. Слышал несколько песен, видел кое-какие клипы — и все. Популярную музыку я не люблю. Но…

Я был действительно потрясен его смертью. Узнав, что Майкл Джексон умер, я зашел в youtube и раз двадцать подряд ставил песню «Billie Jean» (нью-йоркское выступление 2001 года). Посмотрел англоязычный документальный фильм «Living with Michael Jackson». Об этом человеке у меня сложилось очень хорошее впечатление. Он был действительно необыкновенно талантлив и, по-видимому, очень наивен — как и подобает человеку не из здешнего мира.

 


Менты-убийцы: набросок психологической характеристики
i_v_zhuravlyov

Эти размышления навеяны недавними трагическими событиями. В начале месяца на всю страну транслировались кадры расстрела майором милиции ни в чем не повинных людей, случайно оказавшихся у него на пути. Теперь — очередная трагедия: беременная женщина скончалась в реанимации, после того как ее сбил на пешеходном переходе сотрудник милиции, выехавший на встречную полосу.

Почему представители столь «благородной» профессии оказываются убийцами, жировыми и евсюковыми?

С точки зрения психоанализа, у каждого из нас есть свои потребности и свои проблемы, для удовлетворения и решения которых мы выбираем, по возможности, социально приемлемый способ — например, говорят, что каждый хирург в душе немного садист, и т.д. (здесь, конечно, необходима ремарка о том, что сами наши потребности производятся социумом). В действительности всё несколько сложнее.

Все мы обретаем свою неповторимую личностную индивидуальность через социализацию; до и вне социальной структуры никакой индивидуальности у нас нет. Ребенок в процессе развития овладевает своим поведением при помощи социально выработанных эталонов, орудий, знаков, употребление которых и позволяет ему осознавать себя источником собственных действий, и далее — осознавать ответственность за свои действия (старый пример Л.С. Выготского: ребенок, играя, сам себе отдает команды). Если же этот процесс, процесс социализации, проходит с нарушениями, то разовьется неполноценная личность, неспособная к самостоятельному действию и к осознанию ответственности за него. Здесь, в зависимости от «глубины» нарушений, мы будем видеть и шизофреника, который атрибутирует собственные действия другому (например, считает себя одержимым демонами или инопланетянами), и зависимую личность (алкоголики, наркоманы, игроманы), и  тревожно-мнительную личность, которая пытается переложить свою ответственность на внешние обстоятельства (совершая для этого разнообразные ритуалы и пр.), и, наконец — мы увидим здесь парадоксальную социализацию изначально неполноценной личности, которой для нормального функционирования в социуме требуется действовать «от имени» той или иной социальной структуры, чаще всего — наделенной функцией власти.

Парадокс заключается в том, что социально неполноценная личность действует от имени организации, обеспечивающей социальный порядок. Человек, который не способен быть ответственным за свои поступки, находит способ действовать не от своего собственного лица. Все мы знаем, что иногда психологически проще действовать от имени кого-то другого. Или, например, часто мы ссылаемся не на свои внутренние достоинства, а на происхождение, социальный статус и т.д. Ребенок в детском саду чувствует себя сильнее, если у него сильнее папа. Беда наступает тогда, когда вместо естественного формирования внутреннего происходит его компенсация внешним. Напомню, что Евсюков, отправляясь на убийство, надел свой милицейский пиджак…

Я не выводил здесь общую формулу психологии тех, кто идет работать в органы милиции, как и в любые подобные организации. Но я хотел обратить внимание на то, что в таких организациях всегда будут оказываться жировы и евсюковы, сколько бы заслонов перед ними ни ставили. Ибо склонность к насилию, убийству, подавлению чужой воли оборотная сторона тех самых качеств, которыми должен обладать представитель правоохранительных органов. Следует только понимать, что пренебрежение чужой волей, социальными нормами,  устоями, которые ты сам призван защищать, связано у таких людей с отсутствием собственной воли, внутренних правил, чувства ответственности, моральных качеств, нехватка которых как раз и восполняется осознанием принадлежности к властной структуре, от лица которой действует человек — даже тогда, когда он идет на убийство.


Очередное убийство, совершенное сотрудником милиции
i_v_zhuravlyov

Алексей Шумм пишет о трагической гибели своей жены:

РИА Новости
13 мая 2009г., 10:11, МОСКВА
иномарка сбила на пешеходном переходе беременную женщину, переходившую дорогу в районе дома № 10 по Ясеневой улице. Совершив наезд, водитель синего внедорожника даже не остановился. Вдавив в пол педаль газа, лихач скрылся с места ДТП. Случайные прохожие, ставшие свидетелями инцидента, смогли запомнить номера его машины. Сотрудники столичной автоинспекции в эти минуты ведут поиск автомобиля «Субару Форестер» с госномером "Т 747 МХ 199 рус"…
---------------------------------

«Её не спасли. Она умерла в то же утро.
Это была моя любимая и единственная жена - Лена. Мама нашей дочки Ники.

Её убил тот водитель, её и нашу неродившуюся вторую малышку...
Это всё.

…Он - сотрудник милиции Южного округа.
Материалы передали в следственный комитет Нагатинской прокуратуры (они занимаются делами сотрудников милиции).

Сегодня, 21 мая, узнал, что опять передают материалы и даже не в окружное управление, а просто в районный (его "родной") ОВД, потому что он был не «при исполнении».

Прошло уже 9 дней. Дело не заведено. Он на свободе. Вся информация приходит по капле, только после моих запросов.

Я боюсь, что этот футбол будет идти и дальше. Я не хочу, чтобы это осталось в тайне. И сделаю всё, чтобы добиться правды и суда.

Готов встречаться и рассказывать, лишь бы это помогло.
Если вдруг кто-то видел это ДТП, напишите мне пожалуйста.

Алексей Шумм».

Напомню, что год назад суд оправдал сотрудника милиции, сбившего девочку рядом со школой под знаком «Дети» (девочка в результате ДТП погибла). И напротив, правоохранительные органы сделали все возможное, чтобы убедить присяжных в виновности несчастной Антонины Мартыновой, которая якобы покушалась на убийство собственной дочери, хотя вина ее объективно доказана не была.

P.S. В следующем посте я попытался дать психологическую характеристику убийц в погонах.

 



Кровь на бумаге: о Рильке и не только о нем
i_v_zhuravlyov

Серьезный час

Чей-то плач в этот час на земле,

без причины плач на земле,

это плач надо мной.

 
Чей-то смех в этот час, в эту ночь,
без причины смех в эту ночь,
это смех надо мной.


Чей-то путь в этот час по земле,
без причины путь по земле,
путь ко мне.

 
Чья-то смерть в этот час на земле,
без причины смерть на земле,
это смерть у меня на руках.

Р.М. Рильке (перевод В. Куприянова)

 

«С детства Рильке страдал от состояний выраженной тревоги, которые в дальнейшем преобразовались в смешанные тревожно-депрессивные состояния. Разные друзья советовали ему пройти курс психоанализа, возможным аналитиком был Виктор фон Гебзаттель. Рильке никогда не сделал этот шаг, но существует крайне интересная переписка его с этим психоаналитиком, в которой поэт анализировал свое психическое состояние, свою литературную работу и те причины, по которым он отказался пройти это «полное вычищение» своей страдающей души. Исследование этих писем позволяет автору подтвердить предположение, что особенная форма тревоги, свойственная исключительно гению, есть conditio sine qua non для творческого акта».

Отто Доерр-Зегерс

 

Почти десять лет назад я перевел на русский язык статью Отто Доерр-Зегерса «Тревога, меланхолия и творчество: случай поэта Р.М. Рильке». Привожу ее здесь.

 

P.S. Обстоятельства складываются так, что я снова могу оказаться перед альтернативой: или — смерть, или — стихи.


Почему я перестал быть психиатром
i_v_zhuravlyov

Первого сентября 1999 года несколько выпускников медицинского университета (и в их числе я) встретились в небольшом помещении кафедры психиатрии на втором этаже одного из корпусов знаменитой Алексеевской больницы (бывшая больница имени Кащенко). У каждого из нас за плечами была своя маленькая «схватка за жизнь» (получить распределение в клиническую ординатуру было не очень легко), и каждый пока еще чувствовал себя победителем. Нам предстояло обучение удивительному и в чем-то даже мистическому, как нам тогда казалось, делу — проникновению в тайны человеческой души.

Поначалу ординаторам было предложено прослушать заново (у любого из преподавателей) трехнедельный курс психиатрии, предназначавшийся студентам, и лишь потом мы должны были быть распределены по отделениям для врачебной работы. Мудрый Б.А. Воскресенский тогда сказал мне, что, если у меня есть какие-то важные дела, я могу к нему на занятия не ходить. Важные дела у меня тогда действительно были: я поступал в аспирантуру на факультет психологии МГУ. Дело в том, что, следуя почти законным путем, мне удалось добиться возможности получать два последипломных образования (медицинское и психологическое) одновременно. На кафедре, кроме Б.А., об этом никто не знал.

К тому времени я достаточно был начитан в области психиатрии; хуже обстояли дела с психологией и философией. Правда, будучи еще студентом, я «почитывал» Гуссерля — но делал это исключительно потому, что был впечатлен рассуждениями Ю.С. Савенко (основателя Независимой психиатрической ассоциации России) о «феноменологической парадигме» в психиатрии (впоследствии от феноменологии я отошел). При поступлении в аспирантуру тогда еще нужно было сдавать экзамен по философии. И вот во время подготовки к этому экзамену (он состоялся тогда же в сентябре) со мною случилось то, что психологи называют сдвигом мотива на цель: я увлекся. Увлекся так, что, уже сдав экзамен, отправился в книжный магазин… То, что произошло со мною тогда, вполне можно назвать своеобразной инициацией, вхождением в культуру мысли.

Так уж получилось, что инициация эта совпала с началом моей врачебной работы. Своих ординаторов кафедра распределяет по отделениям психиатрической больницы; каждые полгода происходит «ротация» ординаторов — перевод их в другие отделения. Я был первоначально направлен в «острое» женское отделение, затем работал в «остром» мужском, затем в санаторном и снова в «остром» мужском отделении.

Первые дни в клинике обычно неприятны: ты должен присутствовать, но ты никому не нужен; ты не знаешь, чем тебе заняться, но не можешь уйти; ты стесняешь своим присутствием других, и от этого сам испытываешь стеснение… Затем ты получаешь на курацию больного, у тебя появляется твое собственное дело, и все становится на свои места. Сначала ты советуешься с заведующей по поводу диагностики и лечения, потом начинаешь принимать решения самостоятельно; ты ведешь всё больше больных, и вот — ты такой же врач, как и все другие.

И в этом процессе превращения в психиатра тоже есть момент инициации. Прежде всего: ты получаешь ключ. (В психиатрических больницах на дверях нет ручек; психиатры открывают двери специальными четырехгранными ключами, а смышленые пациенты — зубными щетками, авторучками и т.д.). Ключ! Наверное, каждый начинающий психиатр испытывал благоговейное отношение к ключу. Ключ — это символ достоинства и маркер психического здоровья (как многие шутят, это единственная вещь, позволяющая в психиатрической клинике отличить здорового от больного). Это, скажем так, символ инаковости по отношению к самим иным («безумный» на многих языках означает «иной»).

Помимо обретения этого внешнего атрибута «принадлежности к…», инициация в психиатрии включает еще две составляющие. Во-первых, ты получаешь для курации своего первого больного (многие потом забываются, но первого больного помнишь всю жизнь). Во-вторых — ты должен, начиная работать, вдруг ощутить свое бессилие перед психической болезнью. Иначе говоря, ты должен понять, что никакие твои бытовые представления, никакие привычные для тебя коммуникативные стратегии (попытки отвлечь, развеселить, растормошить, переубедить и т.д.) не «сработают» в твоем общении с пациентами. К примеру, ты видишь пациента с депрессией, высказывающего суицидальные мысли. Хоть ты ему полмира подари, завтра ты снова увидишь, что у него депрессия, и услышишь, что он не хочет жить. Такова неумолимая логика болезни. А поначалу ведь действительно хочется подарить полмира…

 

Читать дальше...Свернуть )

О педагогике, любимом учителе и людской подлости
i_v_zhuravlyov

Недавно перелистывал Л.С. Выготского и обратил внимание на следующую интересную мысль о педагогике. Давайте сравним, говорит Выготский, рикшу и вагоновожатого. Функция каждого из них двояка: а) быть составной частью движущейся машины, ее тяговой силой, и б) быть организатором, регулировщиком движения. Но рикша в основном выполняет первую функцию (он более лошадь, чем извозчик), а вагоновожатый — в основном вторую (хотя он и нажимает на какие-то рычаги, действия его в качестве физической составной части машины сведены к минимуму). Так вот: учитель, по мысли Выготского, должен стремиться перестать быть рикшей и стать вагоновожатым. Он должен быть в большей мере организатором социальной среды, нежели ее участником.

В 80-е годы в школе, где я учился, работал замечательный человек. Звали его Александр Александрович Генералов (Сан Саныч), он был учителем английского языка. Тогда ему было уже за пятьдесят; это был высокий строгий мужчина в сером костюме, вызывавший у учеников неизменное уважение. Его уроки были организованы принципиально иначе, чем уроки других учителей. В отличие от своих коллег, он сам на уроках почти ничего не говорил (!!). Но он был организатором социальной среды. Говорили ученики (друг с другом!), а он ставил у себя в тетрадке пометки: какой ученик говорил больше, какой — меньше. В конце урока каждый (!) получал оценку. Если ты сидел и молчал, это была двойка. Естественно, Сан Саныч «подкидывал» нам грамматику, слова, выражения, темы для обсуждения. Естественно, были у нас и диктанты, и контрольные работы. Но основной нашей деятельностью во время урока было именно говорение друг с другом. Причем, чтобы что-то сказать, вовсе не нужно было тянуть руку. Мы просто общались (на заданную тему). Можно было даже ругаться (но — по-английски); можно (и нужно) было замечать и исправлять ошибки друг друга. Результат был таков: в группах Сан Саныча ученики умели говорить, а в группах других учителей — нет… Своим знанием английского языка я обязан именно ему (в кошмарные 90-е, будучи студентом, я зарабатывал уроками и переводами).

Как водится, этого человека его коллеги постепенно возненавидели. Я помню один характерный эпизод. Администратор по английскому языку, женщина с именем героини Шекспира (которую, впрочем, ничто кроме имени с этой героиней не связывало), пришла однажды на урок и стала проверять тетради, нервно кричала и пыталась указать Сан Санычу (в присутствии учеников!) на какие-то недостатки… Кто-то из нас показал ему жестом, что нужно нажать кнопку магнитофона (у него на уроках всегда работал магнитофон, и у каждого ученика были свои кассеты).  Когда спектакль кончился и женщина с именем шекспировской героини удалилась, Сан Саныч невозмутимо произнес: «Ну что ж, послушаем»… И мы послушали.

Сами ученики прекрасно все понимали. Тем не менее, и среди учеников, и среди родителей администрацией была проведена определенная работа, прошел грязный педсовет, и Александр Александрович вынужден был уволиться. В 90-е годы я несколько раз говорил с ним по телефону. Сейчас иногда порываюсь набрать номер, но что-то останавливает меня. Ведь столько времени прошло…

 

У меня сохранилась запись урока, сделанная зимой 1987-88 гг. Я рассказывал какую-то историю у доски, другие ученики меня перебивали, что-то возражали (это приветствовалось). Запись не очень качественная, поскольку сделана она была на скрипучей советской кассете. Мне тогда было 13 лет, так что голос у меня на этой записи детский. Важно здесь то, как дети общаются между собой, и как учитель организует социальную среду, стараясь не вторгаться в нее в качестве участника… 





Фейерабенд, Задорнов, Лысенко. Размышления по поводу программы "Гордонкихот"
i_v_zhuravlyov

Можно развивать науку, действуя контриндуктивно. Есть много примеров того, как предположения, противоречащие хорошо обоснованным теориям, фактам и здравому смыслу (именно таким было когда-то предположение Коперника о вращении Земли вокруг Солнца),  впоследствии не просто принимались наукой, но открывали ей принципиально новые пути развития. Наука, как и любое сознательное явление, всегда идеологизирована, т.е. в ее построениях всегда участвуют некоторые скрытые основания, запрет на осознание которых служит гарантом устойчивости самих этих построений, самих теорий. Увидеть эти основания, проблематизировать их — значит расшатать существующее построение и совершить в науке переворот (как, например, это сделал Эйнштейн, обратив внимание на проблему одновременности). Новая теория в таких случаях либо создает альтернативное предметное поле, способствуя выявлению новых фактов, которые ранее нельзя было обнаружить, либо включает в себя старую теорию с ее предметным полем в качестве частного случая. Экспланаторная сила науки в каждой из этих ситуаций должна увеличиваться — несмотря на то, что с появлением каждой новой теории расширяется и горизонт незнания.

Г-н Задорнов вряд ли знаком с постпозитивизмом, и ссылаться на Фейерабенда он не будет. Тем самым он лишается единственного осмысленного аргумента, который он мог бы использовать для своей защиты. «Не существует идеи, сколь бы устаревшей она ни была, которая не способна улучшить наше познание… Ни одна теория никогда не согласуется со всеми известными фактами… Факты формируются прежней идеологией, и столкновение теории с фактами может быть показателем прогресса и первой попыткой обнаружить принципы, неявно содержащиеся в привычных понятиях наблюдения» (П. Фейерабенд, «Против метода»).

 Штука, однако, в том, что аргумент контриндукции в случае с Задорновым не работает. Ибо ни альтернативная теория, ни, соответственно, новое предметное поле здесь не возникают, как не расширяется и предметное поле уже существующей (обще)принятой теории. Задорнов действует контриндуктивно разве что по отношению к самому себе. Ибо его построения основываются на случайном и произвольном членении слов и толковании их значений (радость, срать, холера и хандра, по Задорнову, вполне могут оказаться однокоренными словами — т.к. в каждом из них можно усмотреть «корень» -ра-).

 

* * *

Обратимся теперь к самой науке — к сравнительному языкознанию. Основное достижение этой науки связано с открытием того факта, что любой живой язык постоянно и закономерно изменяется, причем изменения затрагивают все его ярусы — и фонетику, и морфологию, и семантику. (Легко ли современному англичанину понять оригинальный текст Шекспира?) Г-н Задорнов, будучи перемещенным на несколько столетий назад, мало что понял бы в родной для него русской речи: она звучала бы для него как иностранная. Но он убеждает нас, что тысячи лет назад кто-то на планете Земля говорил на современном русском языке, от которого и «отпочковались» древние языки вроде латыни…

Современные методы сравнительно-исторического языкознания позволяют с алгебраической точностью реконструировать звуковую форму слов данного языка на любом данном этапе его развития. Это стало возможным благодаря открытию закономерностей изменения звукового яруса языка. Общая формулировка фонетического закона, возникшая еще в XIX веке, такова: на данном этапе развития данного языка в строго определенных позициях звук а переходит в звук b. Это значит, что не только в каком-то одном слове, но во всех словах данного языка, в которых встречается данное сочетание звуков, в определенный период происходит определенное изменение. Например, если установлено, что в определенную эпоху звук «к» переходит в звук «ч» перед гласными переднего ряда, то тем самым предсказывается «ч» на месте «к» в соответствующих позициях во всех без исключения словах и морфемах данного языка. Сопоставление этого закона с законом перехода «э» в «а» позволяет построить, к примеру, такую цепочку: *крикетикричетикричатикричать. Существование же таких слов, как кентавр, кино, кефир свидетельствует о том, что они не принадлежали к данному языку в период действия закона перехода «к» в «ч» и были заимствованы позже.

Самое главное здесь заключается в том, что изменяются не отдельные слова: изменяется вся система языка, и изменения ее элементов закономерно связаны между собой. И современная лингвистика знает, где, когда и в каких случаях какие изменения происходят, а какие — нет… По точности своей она здесь, как я уже говорил, не уступает алгебре. Именно поэтому произвольное выведение одних слов из других, произвольное толкование их значений, игнорирующее открытые лингвистикой законы,  игнорирующее достижения многих поколений ученых, будет расценено лингвистом попросту как бред.

  

* * *

Т.Д. Лысенко когда-то доказывал, что из яйца пеночки  можно вырастить кукушку. Деятельность этого ниспровергателя генетики тогда принесла огромный вред не только мировой науке, но и советскому сельскому хозяйству. Более того, она способствовала физическому уничтожению выдающихся ученых — таких, как Николай Вавилов. Кстати, в то же самое время Марр и его сторонники уничтожали специалистов по сравнительному языкознанию… Последствия просветительской деятельности г-на Задорнова и иже с ним менее заметны, но могут оказаться даже более катастрофичными. Ибо тогда неучи действовали от лица науки, теперь же неучи просто ее высмеивают.


В России больше не действует презумпция невиновности (замечания о новгородском деле)
i_v_zhuravlyov

У меня как психолога-профессионала больше оснований верить результатам исследования на полиграфе (подтверждающего невиновность Антонины), нежели показаниям 11-летнего подростка.

 Молодая мать обвиняется в покушении на убийство своей дочери. Единственным свидетелем, на показаниях которого строится обвинение, является 11-летний мальчик. Он рассказывает, что видел, как одна девочка просунула другую через прутья перил и отпустила.

Однако есть веские основания для сомнения в объективности его показаний.

 Ребенок не рождается с готовой способностью по-взрослому воспринимать мир. Все психические функции ребенка (восприятие, мышление, воображение, память, речь) проходят долгий и сложный путь развития. И к 11 годам это развитие отнюдь не заканчивается. Иначе 11-летние подростки выбирали бы президента страны.

 В возрасте 11-12 лет только зарождается рефлексивное мышление, только начинается переход к «формальным операциям», как говорил знаменитый швейцарский психолог Жан Пиаже. Задачу «Катя светлее Маши, но темнее Лены, кто самый темный?» 10-11-летние дети в подавляющем большинстве случаев решают неправильно. У них иначе, чем у взрослых, функционируют не только восприятие и мышление, но также память и речь. Они с легкостью «вспомнят» то, что на самом деле вообразили, особенно при поддержке со стороны взрослого (точно так же, как и на уроке в школе). Именно в этом возрасте дети наиболее склонны обманывать взрослых. Не потому, что у них нет совести, а потому, что им трудно отличить обман от реальности. Самым частым психиатрическим диагнозом у представителей этой возрастной группы является «патологическое фантазирование». У них иначе, чем у взрослых, устроено языковое сознание; в нем выявляются иные семантические связи и семантические поля.

Ребенок не только увидел ситуацию по-своему (сколько раз на его глазах одна девочка толкала другую!). Он и вспоминал ее, скорее всего, не так, как видел (специфика детской памяти). И, естественно, его воспоминания конфигурировались ожидаемой реакцией со стороны взрослых, которые его расспрашивали. Это НОРМАЛЬНО для 11-летнего ребенка.

Как человек, имеющий не последнее отношение к психолингвистике детской речи, я могу констатировать и несомненное присутствие в рассказе мальчика чужеродных (т.е. навязанных взрослыми) элементов. Чужеродные элементы в речи, кстати, являются одним из свидетельств ее лживости.

«Я стоял и ждал Артема. В это время увидел, как на лестничную клетку 3-го этажа вышла, как мне показалось, девочка - с совсем маленькой девочкой. Потом я увидел, как старшая через железные прутья просунула ребенка, подержала и... отпустила. Девочка упала вниз, затем, через пару секунд, старшая закричала и побежала вниз к девочке. <…> Милиционерам я сразу стал рассказывать так, как видел. Когда я сказал, что видел, как отпустила ребёнка, мать сказала: «Что ты такое говоришь, я такого не делала!» - и упала в обморок».

 И последний важный момент. У мальчика, как он сам признался на допросе, в день случившегося была высокая температура (!!). Любой врач знает, как повышение температуры тела влияет на восприятие...

Итак, вероятность искаженной передачи происшедшего в словах мальчика катастрофически высока.

Выносить обвинительный вердикт на основании расплывчатых и противоречивых показаний единственного свидетеля, который к тому же является 11-летним подростком, — недопустимо. Ни эти показания, ни проведенные следственные процедуры не исключили возможности того, что Антонина в действительности невиновна. Исходя из презумпции невиновности, ее следовало оправдать.


Как я переводил Поппера
i_v_zhuravlyov



— Ты читал статью Поппера «Что такое диалектика»? — кричал брат-философ брату-психологу, отчаянно апеллировавшему к «ДСЛ» и другим наркотическим произведениям советской психологической мысли. Психолог шел в ильенковское контрнаступление, сгущались облака и часы, в руках философа мелькал сапожный нож…

С тех пор прошло немало времени, и вот теперь психолог пишет о том, как он переводил одну из главных книг знаменитого ниспровергателя диалектики. Книга называется "Знание и психофизическая проблема: в защиту взаимодействия". Психолог, кстати, по-прежнему считает психофизическую проблему дурацкой, а интеракционизм — глупостью (ибо рассуждения в русле интеракционизма обычно сводятся к попыткам соединить то, что сперва хорошенько разъединили)…

* * *

Поппер, однако, отнюдь не дурак, и я счастлив, что мне удалось близко соприкоснуться с его творчеством.

Первое и главное, на что я обратил внимание (и что поначалу меня даже оттолкнуло), — это простота. Поппер рассуждает очень просто, формулировки его очень точны. Он не показывает, как происходит взаимодействие, и не стремится это показать (слава Богу). Но он предлагает способ рассмотрения человеческого познания (и — движения человеческого знания), который мне показался очень симпатичным (в частности, он созвучен психологической теории «зонда», которой я занимаюсь). Вся затея осуществляется ведь не ради того, чтобы прийти к психофизической проблеме или, скажем, к теории трех миров. Поппер не ставит перед собой такой идиотской цели — а ведь именно это вменяют ему в вину многие наши «диалектики». Так что и теория трех миров, если к ней приглядеться поближе, оказывается совсем не страшной. «Я не трясусь над количеством миров», — говорил Поппер. Трясется над ним, скорее, тот, кто эту теорию отвергает.

* * *

Работа над переводом заняла у меня не более пары месяцев. Книга, по крайней мере отчасти, представляет собой расшифрованную запись лекций и бесед Поппера, так что при переводе я сознательно не стремился к сухому академичному стилю письменной речи, сохраняя все повторы и даже фразы с незавершенным согласованием. Этим мой перевод отличается от переводов других книг Поппера на русский язык (хотя многие из них также содержат лекции и доклады).

По стечению обстоятельств мой перевод не подвергся какой-либо существенной редакции. С одной стороны, я этому рад, поскольку редакторы обычно портят текст и привносят в него ошибки. С другой стороны, при вычитке текста я все-таки пропустил некоторые неточности и опечатки. Правда, в других книгах, над которыми корпят редакторы и корректоры, их бывает значительно больше.

Вот пример курьезного следствия технической редакции в моем переводе (с. 69): «Слушатель 1. Если есть животное и есть хищник, и животное убегает, видя, как его сородича съели, т.е. проблема и есть решение» (здесь «то есть» некорректно заменено на «т.е.»).


Выходные данные и аннотация

Поппер К. Знание и психофизическая проблема / Перевод с английского языка И.В. Журавлева. М.: Издательство ЛКИ, 2008.

Книга принадлежит перу одного из наиболее известных и влиятельных философов XX века К.Поппера (1902—1994). Она основана на курсе лекций, прочитанных К.Поппером в университете Эмори в 1969 г., и является первой крупной работой К.Поппера по эволюционной эпистемологии. Здесь впервые дается систематическое изложение единой теории, включающей и противопоставление объективного знания субъективному, и знаменитую теорию трех миров, и ряд существенных положений по проблемам биологической эволюции, и теорию эмерджентной эволюции, и теорию сознания, и, наконец, эволюционную модель развития научного знания. В отличие от основных имеющихся на русском языке книг К.Поппера по данной проблематике, которые составлены из различных статей и докладов, данная работа представляет собой цельный курс из шести лекций. С этим связана и другая особенность книги: разговорный язык, язык лекции и вдумчивой беседы со слушателями.